Внешний ствол — это полый цилиндр, в нем находится другой, сплошной цилиндр, называемый внутренним стволом и подвешенный в вакуумной камере. Внешний ствол, как и все дерево, состоит из легкой тонковолокнистой древесины, но внутренний ствол устроен из гораздо более плотного материала. Вакуумная камера пересечена распорками и ребрами, удерживающими ее от сплющивания. Здесь вращается внутренний ствол, причем волокна, похожие на мускулы, вращают его быстрее, чем летягу. Дальше. Если дерево хочет ускорить ход, оно немного замедляет вращение внутреннего ствола, и разница передается внешнему стволу. А когда дереву хочется двигаться медленно, оно как бы отдает часть внешнего вращения внутреннему стволу.

Паллис тщательно составлял фразы, чтобы они звучали понятнее. В его мозгу мелькали смутные, фрагменты из лекций Ученых: инерция, сохранение углового момента…

Наконец пилот, пожав плечами, сдался.

— Знаешь, я не могу объяснить тебе лучше. Ты понял?

Рис кивнул.

— Кажется, да.

Казалось, как ни странно, что парень удовлетворен ответом. Паллис вспомнил, что именно так смотрели Ученые, с которыми ему пришлось работать. В их глазах было удовлетворение от понимания природы вещей.

С края дерева за ними угрюмо наблюдал Говер.

Паллис медленно вернулся к своему обычному месту у ствола. Он не знал, какое образование получает обыкновенный рудокоп, и даже сомневался в том, что Рис обучен грамоте. На Поясе, как только ребенок становился достаточно силен, его посылали в плавильню или на поверхность железной звезды, где тот начинал жизнь бездумного автомата.

К этому принуждала экономика Туманности, сурово напомнил он себе, экономика, которую он, Паллис, помогал поддерживать.

Пилот озабоченно потряс головой. Он никогда не признавал общепринятой на Плоту теории, согласно которой рудокопы считались недочеловеками, пригодными только для одной цели. Какова продолжительность жизни рудокопа? Тысяч тридцать смен? Или еще меньше? А если бы Рис прожил дольше, достаточно для того, чтобы понять, что такое угловой момент? Какой бы прекрасный деревянщик из него вышел… «Или, — с сожалением признал Паллис, — еще лучший Ученый!»